Виналет тоже волновался, так как теперь, когда ящик по его указаниям был найден, он должен был получить в награду за сделанное им сообщение место секретаря при доне Карлосе, должность, которая держала бы его в курсе всех приказаний, всей переписки,, .всех тайных распоряжений принца. Когда рабочие подпилили крышку со всех сторон, дон Карлос приказал им выйти и остался вдвоем с Виналетом.
-- Открывайте, -- сказал он последнему. Виналет подошел к ящику и дрожащими от волнения руками снял с него крышку. Испуг и сильное изумление выразились на его лице.
-- Что там такое? -- спросил принц.
Виналет смотрел недвижным взором в глубь ящика, очевидно разочарованный в своих ожиданиях!
-- Бутылка, ваше величество, и больше ничего, -- ответил он наконец.
-- Как бутылка? -- воскликнул дон Карлос, приближаясь к таинственному сундуку, в котором действительно лежала большая бутылка, прикрепленная ко дну проволокой и плотно закупоренная пробкой. Так как она была из бесцветного прозрачного стекла, то нетрудно было рассмотреть, что в ней лежали свернутые в трубку бумаги.
-- Выньте эту бутыль и откройте ее! -- сказал дон Карлос.
Виналет отвинтил проволоку, затем вынул бутылку из сундука и, вытащив пробку, достал из нее бумаги, которые тотчас передал стоявшему рядом дону Карлосу.
Последний развернул их и стал читать.
Оказалось, что один из этих документов -- расписка испанского короля Карла IV в том, что он заимообразно получил у предводителя цыганского табора Аларико миллион дуро; другой документ -- указ того же короля, предоставлявший цыганам на вечные времена право свободного странствования и пребывания во всех местностях и городах королевства.