— Вы собирались уезжать, господин Штеффен, мы вам, кажется, помешали.
В несколько минут чемодан осмотрен. Мне предлагают его закрыть на ключ.
Мы подъезжаем к полицейскому управлению, меня вводят в кабинет какого-то чиновника.
— Кто к вам приезжал четырнадцатого и куда вы с этим лицом ездили?
Я заявляю, что отказываюсь отвечать, пока меня не посетит представитель германского консульства.
— Но ведь вы эмигрант?
— Я был и остаюсь германским подданным. Я прошу передать консулу, чтобы он запросил обо мне посольство в Париже.
— Значит, вы отказываетесь отвечать на вопросы?
— Я настаиваю на свидании с консулом.
Я сижу в камере полицейского управления. В первый раз в жизни пришлось мне познакомиться этим учреждением, к которому я никогда не питал симпатий. Здесь отвратительно кормят, твердо лежать, а главное — чертовски скучно. Днем койка опускается и можно сидеть только на низком узком табурете. Всю ночь горит свет, из-за этого плохо сплю.