В Филипповом зале так же, как и в зале для аудиенций, находилось бесчисленное множество всевозможных масок, разряженных в шелк, бархат и с богатыми бриллиантовыми украшениями. Фонтан в середине зала распространял прохладу и благоухание, лилось ручьями шампанское в буфетах, устроенных по всему залу. Парк был залит светом разноцветных огней, и генерал-интендант, осматривая все, должен был сознаться, что его приготовления произвели чудеса. Везде царили волшебная роскошь и всеобщее веселье.
XX. СФИНКС
-- Позволь мне предложить тебе руку, прекрасная маска, -- сказал шепотом кавалер в темно-красном домино, необыкновенно высокого роста, обращаясь к прелестной наяде, одетой в легкое белое газовое платье, украшенное блестящими бриллиантами, и лицо которой покрывала маленькая изящная черная маска. -- Высшее наслаждение моей жизни -- идти рядом с тобой и чувствовать твою очаровательную ручку в своей.
-- Кто ты, красное домино? -- спросила прекрасная донна, рассматривая своего провожатого с ног до головы и принимая его приглашение, между тем как молодая королева, с голубой бархатной маской на лице, шла рядом с доном Серрано и вполголоса говорила с ним о Нарваэсе, который находился на пути к выздоровлению.
-- Ты никогда не узнаешь, кто я, прекрасная маска, -- прошептал господин в красном домино, -- пусть будет достаточно того, что я знаю, кого веду под руку.
-- Докажи мне, что ты узнал меня, маска!
-- Дай мне твою прелестную маленькую ручку. Так, взгляни сюда! -- И он написал буквы Е. М. на ладони поданной ему руки. -- Что, я точно угадал? О, я еще спрашиваю! Ведь я узнал тебя, прекраснейшая из женщин, как только вошел в зал.
-- Я, кажется, тоже узнала тебя, маска.
-- Это странно -- говори скорее. Я сгораю от нетерпения! Вот моя рука, очаровательная Евгения.
Прекрасная графиня -- это была действительно она, шедшая возле дона Олимпио Агуадо -- схватила большую руку своего любезного кавалера и начертила на ней буквы Г. Р. , подразумевая под ними герцога Риансареса. Олимпио, смеясь, покачал головой.