Принц Людовик Наполеон удалился в Англию, где во время долгого своего пребывания собрал все необходимые ему сведения и, скрывая недостаточность своих средств, втерся в знатные дома, вступил в сношения с сильными и богатыми людьми Лондона. Все-таки он был принцем, хотя и без всякого состояния, а в Англии нашлось бы множество купцов -- миллионеров и лордов, желающих иметь своим зятем принца.
Но Людовик Наполеон, казалось, вовсе не намерен был жениться на какой-нибудь английской леди; мысли его заняты были другим -- он изучал теорию выжидания! Мы дальше увидим, что он рассчитывал совершенно верно, предполагая, что июльский трон рано или поздно непременно рухнет. Принц был необыкновенно умен, отличался большой сообразительностью и, еще будучи ребенком, удивлял окружающих своей хитростью и лукавством. Хотя мы и не намерены развлекать читателя анекдотами, но все же не можем удержаться от небольшого примера хитрости Наполеона III.
В городе Эльбинге еще и по настоящее время живет кузнец Вейер, которому и обязаны мы этим рассказом. Достойный этот кузнец, имевший прежде мастерскую поблизости от Арененберга, пришел однажды в странное, комическое столкновение с принцем Людовиком, бывшим тогда еще ребенком. Часто прогуливаясь мимо кузницы, принц заметил, что Вейер, беспрестанно занятый работой, закуривал трубку свою от раскаленного железа.
Раз утром, выждав минуту, когда кузнец положил трубку и снова взялся за молот, он прокрался в мастерскую и повернул железный прут, употребляемый Вейером вместо спичек. Он сделал это с той целью, чтобы кузнец обжег себе руку, схватив впопыхах за раскаленный его конец.
Шутка эта вполне удалась принцу! Вейер страшно обезобразил руку, между тем как ребенок, издали наблюдавший эту сцену, от души забавлялся его мучениями до тех пор, пока взбешенный кузнец не отыскал его и изо всей силы не поколотил кулаками.
Вместе с принцем росла его хитрость, планы и намерения. Он постоянно находился в тайных сношениях с приближенными своего дяди; у него были друзья даже при парижском дворе, которые сообщали ему все самые мельчайшие придворные новости.
Кроме Наполеона, в Лондоне находилось множество эмигрантов и искателей приключений с громкими известными именами, большинство из которых мы встретим в гостиной госпожи Монтихо; но прежде чем ввести туда читателя, необходимо сделать небольшие объяснения, связанные с дальнейшим ходом нашего рассказа.
Дуэль в Гайд-парке между герцогом Оссуно и маркизом де Монтолоном не имела для последнего особенно важных последствий, так как рана его затянулась очень быстро. Полиция, узнав о смертельной ране герцога, немедленно составила протокол; а так как имя противника было неизвестно, то рядом с фамилией графини Монтихо поставили маленький крестик.
Событие это было неизвестно дамам. Беневенто отправил тело умершего Оссуно в Испанию, а в доме графини все шло своим порядком, как будто ничего особенного не случилось. По-прежнему там собирались гости, давались балы, назначались картежные вечера; в Лондоне, как и в Мадриде, дом графини сделался притягательным для всевозможных гуляк, искателей приключений, ловких кавалеров и даже чиновников, разыгрывавших роль богачей и обкрадывающих для этой цели вверенные им кассы.
Общество графини оказывало магическое влияние на всех и привлекало каждого, кому хотя бы однажды удалось попасть в него. Было ли это следствием пикантного тона, царившего в гостиной, или следствием поразительной красоты Евгении -- неизвестно; только праздники эти были настоящими магнитами для всех и каждого.