Он приподнялся, бросил пытливый взгляд в зеркало, пригладил седоватые волосы и подошел к двери, которую открыл слуга.
На пороге стояла Инесса; она отбросила вуаль, когда удалился слуга и она осталась наедине с дядей д'Ором.
-- А, милостивая инфанта, -- сказал он с низким поклоном, -- какая честь! -- Он надеялся на новое тайное поручение и на соединенную с этим награду и украсил свое круглое лицо любезной улыбкой. -- Не угодно ли вашему высочеству сделать мне честь сесть возле меня.
Изящным движением руки он указал несколько мягких, бархатных кресел, которые предназначались для подобных знатных гостей.
-- Мое дело не задержит вас долго, господин Готт, -- сказала Инесса, садясь в кресло. -- Умеете ли вы молчать?
Дядя д'Ор самонадеянно улыбнулся.
-- Вашему высочеству известно, что ваш слуга умеет принимать поручения всякого рода и считает своим высшим долгом все слушать и ни о чем не говорить.
-- Я спрашиваю: можете ли вы молчать перед вашей супругой?
-- Конечно, ваше высочество. Долг не имеет ничего общего с семейством; я умею это отличать.
-- Мое поручение не повредит вам, господин Готт. К делу. Несколько недель тому назад я привезла молодую испанку в ваш дом...