-- Это звезда, Хуан.
-- Нет, нет! За минуту там было совершенно темно; неужели вы не видите красной точки? Это не звезда, принц, это фонарь на корабле!
-- Он не спасет нас и пройдет мимо, потому что мы не в состоянии подать ему знака.
-- Будем надеяться, -- вскричал Хуан после небольшой паузы, во время которой не сводил глаз с блестящей точки, -- не будем отчаиваться, принц; точка растет и приближается; это корабль, который, быть может, приблизится настолько, что наши крики будут услышаны. Сила и мужество как будто снова вернулись ко мне!
Камерата тоже стал следить за блестящей точкой и должен был сознаться, что Хуан прав и что звезда приближается.
Но допустить мысль о надежде на спасение в кромешной темноте было почти невозможно. Звездное небо слабо освещало поверхность моря. Разглядеть с корабля две фигуры, сидящие на обломке лодки, было очень трудно. Если бы судно приблизилось с наступлением утра, тогда совсем дело другое, но на это была слабая надежда, потому что красная точка удалялась очень быстро.
-- Это пароход, -- проговорил Хуан, глаза которого заблестели; молодость смелее в своих надеждах, -- посмотрите, мне кажется, что я вижу остов и дым!
-- Если бы мы могли подать сигнал.
-- У меня есть револьвер, -- отвечал Хуан, вынимая из кармана оружие, -- но он, вероятно, намок и не выстрелит.
-- Дай его сюда, может быть, солнечные лучи за день высушили порох, -- сказал Камерата, взяв револьвер. -- Действительно, это пароход; будем надеяться, что на нем услышат наш выстрел.