Базен пристально посмотрел на этого уланского офицера, который при этих воспоминаниях о своей матери был глубоко взволнован и однако ни на волос не уклонился от своей чести и долга.
-- С такими солдатами я покорил бы весь мир, ваше величество, -- сказал Базен вполголоса императору. Затем он подошел к пленнику и протянул ему руку.
-- Вы останетесь мной довольны, -- сказал он твердым голосом, -- хотя я не имею власти и права даровать вам жизнь, ибо обычай войны предписывает смерть всякому шпиону, и стража ворот Мазелль потребует этого, но я ускорю ваше дело и облегчу вашу смерть!
-- Благодарю вас за это, господин маршал, потрудитесь передать мое последнее прости моей доброй, старой матери! Вот моя записная книжка, из нее вы узнаете все!
Базен подал знак часовым. Они увели пленного из кабинета. Затем Базен позвал одного из своих адъютантов и приказал ему, чтобы военный суд сейчас же вынес приговор уланскому офицеру.
-- Распорядитесь назначить для экзекуции двадцать верных стрелков, чтобы пленник умер при первом же залпе, -- заключил он, и когда адъютант ушел, обратился к императору: -- Желаю вам счастливого пути, государь, предоставьте мне спасти вас и возвратить вам трон!
Базен оставил кабинет.
Людовик Наполеон долго и неподвижно стоял в задумчивости. Он видел, что его трон пошатнулся!
Конечно, падение не было еще очевидно для всех, но он чувствовал его неизбежность.
В кабинет вошел императорский принц, слабый мальчик.