Фукс не мог терять ни минуты, иначе он кинулся бы на крик, но он успел заметить, как между кустами бежали одна за другой две человеческие фигуры.
Мы знаем, кто это были.
Когда Фукс приблизился к кладбищенской ограде, за которой в густом мраке шелестели старые, только что распустившиеся деревья, он невольно подумал, что его завлекают в западню.
"Эта личность непременно видит здесь какую-то выгоду для себя,-- подумал он, вспомнив письмо и данные ему еще раньше обещания.-- Кроме того, она, без сомнения, имеет связи, иначе не получила бы нужных бумаг. Но это не мое дело -- вот она прогуливается в тени деревьев!"
Монахиня, тоже закутанная в длинный плащ, обернулась и прислушалась: уже близилась полночь, и приглашенный на свидание заставлял себя ждать.
Вдруг монахиня заметила у ограды человека.
-- Кто вы? -- спросила она тихо.
-- Тот, кого вы ожидаете, благочестивая сестра.
-- Письмо, которое вы писали.
-- Просили написать, должны вы сказать: монахиня не смеет писать письма к мирским мужчинам. Поэтому я и выбрала этот ночной час для нашей встречи. Смотрите, чтобы никто не узнал о ней.