Маргарита накинула платок и вместе с Вальтером, никем не замеченная, вышла из дома. Сильный ветер и мокрый снег хлестали в лицо. Они миновали старинные ворота города и вышли на грязную и темную дорогу.
-- Ты не сердишься на меня? -- виновато спросила Маргарита.
-- Как я могу сердиться, если ты из любви ко мне не страшишься такой холодной ночи! Я только ради твоего здоровья не хотел тебя брать, но раз уж ты пошла со мной, то сознаюсь: какое-то предчувствие говорит мне, что это к лучшему.
-- Спасибо тебе за эти слова. Пойдем скорее, разбудим сторожей в замке.
-- Двенадцать часов! -- заметил Вальтер, прислушиваясь к бою часов на колокольне.-- Надеюсь, мы придем вовремя.
От дома в предместье, где жила Маргарита, до замка было около полумили, и расстояние увеличивали бесчисленные повороты дороги, да и булыжник от дождя стал скользким. Однако путники шли быстро. Вальтер принадлежал к числу тех, кто готов всем пожертвовать для того, чтобы не совершилось неправое дело. Недаром так самоотверженно он отдал жизнь Маргарите, даже зная, что она любит другого. Не всякий может любить так верно и бескорыстно, особенно когда уязвлены его чувства. У этого простого человека действительно было благородное сердце. Он совершал добрые дела втихомолку и был тем самым гораздо выше тех благодетелей, что из одного только тщеславия помогают бедным.
Запыхавшись, дошли они, наконец, до парка и направились к главным воротам. Часовой не позволил им войти и послал за офицером; когда последний пришел и узнал, в чем дело, их впустили в замок.
-- Это какой-то обман,-- уверял офицер одного из своих адъютантов, недоверчиво поглядывая на Вальтера и Маргариту.
-- Надо бы их схватить: похоже, они сами и замышляют что-то.
-- Вы полагаете, что трое воров, о которых вы говорите, уже находятся на месте преступления? Как же они вошли?