Через несколько минут в комнату вошел молодой расторопный лакей; хотя он и был подготовлен заранее горничной, но тоже испугался, увидев перед собой грозную, дрожавшую от злости графиню.
-- Поспеши немедленно на улицу Риволи! Ты знаешь особняк князя Монте-Веро?
-- Да, я проходил как-то мимо.
-- Войди туда и спроси Сандока, негра князя!
-- Того самого, который некоторое время назад...
-- ...пробрался сюда во дворец! Попроси его следовать за тобой и приведи сюда!
-- Он не согласится!
-- Он согласится, если ты скажешь, что графиня Понинская хочет сообщить ему важное для него известие! Скажи, что я жду его прямо сейчас, срочно, этой же ночью! Завтра будет поздно! Поспеши, я с нетерпением буду ждать твоего возвращения!
Лакей, так и не понявший смысла этого внезапного приказания своей госпожи, бросился вон из будуара.
Леона с беспокойством ходила взад-вперед по мягкому ковру. Вкралось ли в ее душу хотя бы слабое осознание своей вины в этот час отчаяния, или ее переполняла только злоба, злоба на весь свет, которым она оказалась теперь покинута?