Новичкам приказали встать со скамьи. Итак, мошенники, совершившие убийство управляющего, стали теперь на несколько лет совершенно безопасными.
-- Слава Богу, что нас оставили вместе,-- шепнул Эде товарищу, когда они вслед за смотрителем вышли из кузницы.
Здание и внизу и наверху было разделено на одинаково большие камеры. Вокруг стояли часовые, в коридорах -- смотрители.
В камере десятилетников, куда ввели Фукса и Эде, не было ничего, кроме большого общего ложа -- нар. На одной их стороне были свернуты одеяла с номерами. Этими одеялами преступники укрывались ночью, в то время как цепь каждого из них крепилась к железной палке, вделанной в нары с противоположной стороны.
По утрам, когда раздавался пушечный выстрел, Фукс и Эде вместе с прочими каторжниками должны были вставать и идти на работы по выгрузке судов или гребле на них, В восемь часов вечера они возвращались в камеру, изнемогая от усталости, и засыпали, прикрепленные к своему ложу. Ночью в камерах царила глубокая тишина, прерываемая порой лишь бряцаньем чьей-то цепи или вздохами спящих, так что возможности разговаривать не было. Каторжники боялись друг друга и никому не доверяли. Почти ежедневно одна пара доносила смотрителю о том, что сделала или говорила другая. Было опасно разговаривать и за работой -- сторожа почти всегда стояли рядом.
Казалось, эта истощающая силы работа, эта оторванность от мира, порой весьма продолжительная, должны были бы исправлять преступников, но, к несчастью, опыт доказал: даже те, кто вел себя хорошо во время заключения, даже и они редко живут честной жизнью после своего освобождения. Мы скоро убедимся в этом: заключение Фукса и Эде только разжигало их ненависть, и они втихомолку уже строили преступные планы.
В два часа арестанты садились за обед Он состоял из вареных бобов или гороха и хлеба, по воскресеньям каждому отпускалась порция мяса. Перед началом работы арестанту давали выпить стакан вина, а те, кто отличался отменным поведением, получали даже табак. Но их лишали и того и другого, если они провинились в чем-либо.
За более серьезные проступки наказывали заключением или били по спине толстой веревкой; последнее наказание исполнял палач каторги -- впоследствии нам предстоит с ним познакомиться.
В свободные часы каторжники трудились над разного рода безделушками, и деньги, вырученные за них, собирались в их пользу.
Фукс и Эде работали около пяти лет в арсенале и все эти годы вели себя столь безукоризненно, что даже самые опытные смотрители не предполагали, какого рода мысли и планы руководили ими. Вследствие этого их повели в кузницу, чтобы обменять тяжелую цепь на более легкую. Именно это и было целью многолетнего притворства Фукса.