-- Вы сказали, что никогда не отдадите вашу дочь замуж за принца... Пусть так, Эбергард Монте-Веро, теперь не принц просит вторично ее руки, а человек, подобно вам, своим личным трудом создавший себе новую родину; человек, в глубине своего сердца таящий самое чистое и высокое желание: соединиться с Маргаритой, чтобы своей неизменной, негасимой любовью искупить все зло, причиненное им когда-то.
-- Это честные, прямые слова, сеньор Вольдемар,-- серьезно сказал Эбергард,-- слова, нашедшие отголосок в моей душе! Вы поразили меня: я считал вас неспособным на такой шаг!
-- Вполне понятно, князь! Я и сам прежде не поверил бы, что способен на такое. Но в жизни есть сила, которая служит двигателем всего и творит чудеса... Нет нужды называть вам эту таинственную невидимую волшебницу! Она-то и привела меня сюда, заставив бросить прежнюю жизнь, и так изменила, что Маргарита, верно, не узнает...
-- Мы увидим это, сеньор Вольдемар, но прежде я хотел бы заключить с вами мир. Нет ничего отраднее, чем сближение с человеком, который прежде был очень далек от вас,-- сказал Эбергард,-- и сегодня я испытываю это. Ваша энергия сделала то, на что я уже не мог надеяться, а жертва, принесенная вами, не пропала даром. Но будем надеяться, что ее уже не существует, потому что я вижу счастье на вашем лице!
-- Для полноты его не достает лишь одного! -- дополнил Вольдемар, приближаясь с князем к замку.
-- Подождите минуту, я сам позову Маргариту,-- прошептал он принцу,-- и надо сознаться, сеньор Вольдемар, она любит вас по-прежнему.
-- Благодарю вас за эти слова, князь! -- отвечал принц негромко, но горячо.-- Моя надежда сбывается.
Эбергард исчез под высоким портиком замка, куда мысленно последовал за ним счастливый Вольдемар: сейчас он увидит Маргариту и свое дитя...
Сердце его учащенно билось: сейчас произойдет желанная встреча, к которой он стремился долгие годы. Давно уже он испытывал себя и умерял свое нетерпение, зная, что любимое существо находится поблизости; но он хотел предстать перед Эбергардом, к которому питал искреннее уважение, не раньше, чем мог бы с полным правом сказать ему: "Взгляни сюда -- вот доказательство моей силы и воли!"
Теперь желанный день настал. Он услыхал шаги под портиком...