Графиню-нищую положили в простой деревянный гроб и отвезли на кладбище для бедных.
А все еще прекрасная Леона дьявольской улыбкой завлекала счастливых посетителей ее дворца в объятия порока и греха.
Этот контраст в жизни матери и дочери сам по себе поистине ужасен!
Теперь направимся и мы по дороге к Булонскому лесу, к волшебному дворцу гостеприимной графини. Дорога оживлена множеством изящных экипажей и знатных всадников. По обеим сторонам ее тянутся загородные дома, окруженные прекрасными садами, -- владения богачей и аристократов. Здесь соединено все, что может создать природа, архитектура и садоводство.
В Булонский лес съезжались сливки парижского общества -- подышать весенним воздухом, повидаться друг с другом, щегольнуть изысканными туалетами.
Но более всего привлекала внимание прекрасная вилла, принадлежавшая прежде герцогине Ангулем, старой и чудаковатой женщине, соединившей в своем дворце все, что нужно для комфорта, и все, что может поразить своим великолепием; затем, за слабостью здоровья, она вынуждена была уехать в Ниццу и поручила своим управляющим продать этот дворец за любую цену, так как не намеревалась, возвращаться в Париж. Случай этот как нельзя более подходил для Леоны. Она приобрела этот дворец через посредничество услужливого и ловкого Шлеве. Подобно ей, вернувшись из своего изгнания, он выбрал местом жительства Париж и приобрел виллу герцогини по очень недорогой цене. Затем отделал ее в соответствии со вскусом графини и превратил в некий волшебный дворец, который, увидев однажды, уже невозможно было забыть.
От внешнего мира эту волшебную виллу отделяли золоченые ворота, по обеим сторонам которых сидели мраморные львы, из пастей их били освежающие воздух фонтаны.
За воротами простирался парк; там, посредине круглой лужайки, устланной дерном и окруженной причудливо разбросанными каменными глыбами, живописная группа мраморных дельфинов резвилась вокруг фонтанов, играющих на солнце золотыми брызгами.
Далее в тени старых лип и платанов возвышался дворец с колоннами и балконами, заключающий в себе залы и небольшие покои всевозможных видов. Там были зал в стиле Людовика XIV, покой в стиле Мэнтенона, ротонда "а ля Людовик XV" и целый ряд комнат, отделанных во вкусе уже постаревшей, а некогда могущественной маркизы де Помпадур.
Графиня Понинская обладала незаурядным талантом или, скорее, дьявольской способностью будоражить умы и сердца.