-- Знаю, сеньор, это был преподобный отец Мерино.
-- Молодой начальник инквизиции в Санта Мадре! -- объяснил дон Рамиро.
-- Да, это был он! -- воскликнул гранд голосом, исходившим из глубины пораженного отцовского сердца. -- Я вышел из Антиохской церкви и стал думать о том, где могло быть мое дитя, если оно не вернулось в мой дворец. Благородные господа, -- мою дочь украл патер Мерино.
-- Позвольте, дон Генрикуэц дель Арере, -- произнес голос из среды членов Летучей петли, -- чтобы вы сделали, если ваша дочь добровольно последовала за патером?
-- Я бы пронзил ее насквозь своим кинжалом! -- воскликнул отец, гордо выпрямляясь. -- Лучше видеть труп, нежели... Но нет, господа, оно было не так. Я еще не кончил своего рассказа! Торопливыми шагами шел я по улице и спрашивал у всех, не видали ли патера с молодой донной, покрытой вуалью. Наконец, нищая, стоявшая около изображения какого-то святого, сказала мне, что она видела такую пару и слышала, как патер говорил донне: "Если вы хотите остаться верной Пресвятой Деве, то следуйте за мной, я достану вам из монастыря доминиканцев священный амулет". Мной овладел леденящий ужас. Я бросился бежать по улицам и, запыхавшись, достиг, наконец, монастыря на улице Фобурго. В эту минуту я с ужасом увидел, что моя несчастная, ничего не подозревавшая дочь исчезла за воротами под руку с этим Мерино! Я побежал и грозно сжатым кулаком стал стучать по запертой двери, угрожающим голосом требовал я, чтобы меня впустили и отдали мне мое дитя. Меня назвали сумасшедшим и стали стращать священной одеждой [наплечник из желтого сукна, который инквизиторы надевали на осужденных].
-- Да будет проклято Санта Мадре! -- пробормотал в эту минуту какой-то голос.
-- У меня похитили моего ребенка, мою Долорес! -- заключил свою жалобу несчастный, уже стареющий дон Генрикуэц дель Арере.
-- А через три дня -- день святого Франциско, -- напомнил замаскированный гроссмейстер ордена.
Все присутствующие поникли головой и закрыли глаза руками, так как все знали значение этих немногих слов.
В ночь, следовавшую за днем святого Франциско, инквизиторы совершали свое великое празднество.