Граф Манофина проехал мимо последних развалин и приближался уже к тени, бросаемой лесом; в это самое время он опять вспомнил сгорбленную тень и покачал головой. Вдруг из середины развалин тихо поднялась обворожительная белокурая головка ребенка, которая стала прислушиваться и выглядывать так же бесстрашно и самонадеянно, как будто она поднялась с мягких пуховых подушек. Вскоре среди развалин показался, насмешливо улыбаясь, весь ребенок. Это была девочка, лет шести, ребенок такой красоты, что ее можно было бы принять за маленькую фею. Белокурые локоны падали на ее хорошенькую шейку, белая коротенькая юбка испанского покроя плотно обхватывала ее хрупкие члены, на ее маленьких ножках были надеты сандалии и она, высоко подняв свои голые ручки, радовалась и танцевала так весело и ловко, как маленький лесной дух.
-- Они меня не нашли! -- говорила она, ликуя и танцуя, и эти слова звучали так же мило и очаровательно, как вся ее фигурка.
-- Что на это скажет добрая старушка Жуана и дедушка, милый дедушка Фрацко? -- восклицала она.
ТАЙНЫ РАЗВАЛИН ЗАМКА ТЕБА
Дон Рамиро, благородный господин с большим золотым крестом на груди, остался один со старым Фрацко в большой зале. Старый привратник подошел к гроссмейстеру тайного ордена.
-- Мне нужно еще кое-что сообщить вам, мой благородный господин, -- сказал согнувшийся старик, -- кое-что очень важное, -- кашель прервал старика.
-- Так говори же, -- сказал дон Рамиро и, взяв из рук старого слуги свой плащ, легко накинул его на плечи.
-- Графиня и донна Евгения здесь! -- шепнул Фрацко.
Гроссмейстер вздрогнул. Несмотря на то, что маска скрывала его лицо, видно было, что новость эта сильно подействовала на него.
-- Донна Евгения здесь? -- повторил он, и в этих словах слышалось все блаженство любящего сердца.