-- Генерал Рос де Олано, ваше величество, -- отвечал офицер, низко кланяясь.
Не ожидая такой сцены и вне себя от ярости, Франциско де Ассизи не знал, с чего начать. Он думал, что произошел бунт в войске, что нередко случается между испанскими солдатами. Он с силой дернул за ручку колокольчика, чтобы позвать адъютантов. Никто не слыхал и не являлся. Король побледнел. Он поспешил к двери, быстро рванул ее и хотел призвать караул.
С широко раскрытыми глазами отступил он в свою комнату. Коридоры и двери были заняты алебардистами герцога Валенсии.
-- Это измена королю! -- воскликнул Франциско, скрежеща зубами. -- Вы мятежник! На эшафот его! Кто приказал вам вторгнуться сюда?
-- Я от имени королевы арестовываю вас! -- отвечал Олано, наклоняя голову. -- Вот собственноручный приказ ее величества королевы.
Франциско де Ассизи увидел наконец, что он должен покориться и казаться довольным. Он понял, что Изабелла хотела этим насилием помешать его отъезду в Аранхуес, так как перенесение резиденции наложило бы тень на репутацию супруги короля. Франциско принудил себя улыбнуться.
-- По приказанию ее величества! -- сказал он, как будто дело шло о шутке. -- Я понимаю теперь в чем дело, господин генерал, и подчиняюсь королеве с величайшим удовольствием. Король взят в плен! Сообщите ее величеству, что король сдался сам.
Почтительно поклонившись, Олано дал приказы своим адъютантам, а сам остался в комнате арестованного короля.
Король принужден был, улыбаясь, отказаться от всех своих прав, он даже обнял герцога Валенсии, который горьким образом дал ему почувствовать свою власть. Внутренне же они оба еще более чем когда-либо не доверяли друг другу и ждали только случая, чтобы погубить один другого, чтобы повторить свои нападения.
Вскоре после этого королева преждевременно разрешилась мертвым мальчиком, к великому прискорбию всей страны. Ужасное пророчество монахини Патрочи-нио сбылось.