-- И эти отцы Санта Мадре, исповедники и советники моего дома...
-- Тоже ханжи, ваше величество! -- сказал Олоцага в волнении.
-- Вы были однажды моим наставником, дон Олоцага, а потому буду считать не произнесенным то, чего никто не слыхал, исключая меня, -- прошептала королева, понизив голос и устремив на него строгий взгляд, -- я предупреждаю вас, господин министр, не повторять этих слов, потому что я уважаю отцов церкви!
-- Четверо из ваших приближенных поклялись предупреждать вас обо всем, что может омрачить славу вашего величества, -- продолжал Олоцага; Изабелла внимательно прислушивалась, -- я имею честь принадлежать к числу их, а потому считаю своей обязанностью высказать королеве то, что она выслушивает так неблагосклонно. Служить Богу величайшее счастье, отцы же инквизиции употребляют вашу веру и вас самих как средство для достижения своих целей.
-- Когда гранды, к которым вы принадлежите, защищали с мечом в руках престол и нашу страну, я всегда изъявляла им свое благоволение, вмешиваться же в мои личные убеждения совершенно неуместно!
-- Ваше величество оказало мне честь, назвав меня своим наставником! -- проговорил Олоцага, подходя ближе к королеве и склоняясь перед ней. -- "Вернитесь ко мне, иначе я погибла!" -- прошептал он, следя за выражением ее лица.
При этих словах Изабелла изменилась в лице, она не умела настолько владеть собой, чтобы не выдать своей тайны. Она отшатнулась назад и испуганно устремила взгляд на склонившегося министра. Слова, которые прошептал он, были написаны в записке, вложенной Изабеллою в букет из алых и белых роз, который она бросила во время прогулки в гондолу Франциско Серрано.
Олоцага выпрямился -- теперь он знал достаточно.
-- Я сообщу вам мое решение, господин министр! -- с трудом проговорила, наконец, королева, гордым и холодным поклоном отпустив Олоцагу.
Когда он, раскланявшись по всем правилам этикета, вышел из кабинета, Изабелла, бледная от волнения, порывистым движением вскочила с кресла. Кто осмелился это сделать? Она жаждала объяснений, она должна была знать, каким образом Олоцага овладел этими словами, из чего он заключил, что она их написала; обидчик дорого заплатит за нанесенное им оскорбление.