Вскоре они оставили за собой столицу. Мадрид лежал на возвышенности, облитый последними лучами заходящего солнца, красуясь своими бесчисленными шпилями, блестящими на солнце. К западу от Мадрида всадники миновали пустыню святого Исидора, перед ними тянулась дорога в ла Манху, обсаженная с обеих сторон деревьями.
-- А интересно было бы знать, что нас ожидает! -- громким голосом сказал один из трех всадников; он был головой выше своих товарищей и так широк в плечах, что можно было предположить, что под плащом было два человека, -- неправда ли, почерк очень знаком? Но я не могу припомнить ни одного из наших товарищей по имени Рамиро, хотя имя самое обыкновенное!
-- К чему ломать голову, Топете? -- отвечал другой, ехавший возле него. -- Конечно, нас ожидает приключение, ведь с нами давно не случалось ничего необыкновенного. Но ты особенно молчалив, Франциско, разве тебе не нравится таинственное приглашение?
-- Правду сказать, Жуан, меня мучит какое-то беспокойство, которого я не могу понять. Но вы сами знаете, как я люблю иногда пускаться ночью за приключениями, мне нечего уверять вас в этом, -- отвечал Серрано, удерживая свою лошадь.
Они поехали шагом один возле другого. Серрано продолжал:
-- Мне кажется, как будто нас хотят удалить на згу ночь из Мадрида, чтобы совершить что-то недоброе! Мне кажется, что никто нас не ожидает у "Черного моря".
-- Ты думаешь, что нас хотят провести? Черт возьми! -- воскликнул Топете своим громким голосом. -- Это случилось бы с нами в первый раз, и не прошло бы даром осмелившимся подшутить над нами!
-- Ведь "Черное море" лежит только на расстоянии какой-нибудь мили от Мадрида, -- заметил Прим, -- если таинственный дон Рамиро не окажется там, то мы все-таки через час может опять быть у ворот Толедо. За такое короткое время ничего особенного не может случиться. Не могли же мы оставить без ответа это таинственное приглашение, и я надеюсь, что на этот раз твои предчувствия не сбудутся, Франциско.
-- Меня мучит предположение, что Санта Мадре не оставит этого мошенника Мерино в руках административной власти! -- задумчиво сказал Серрано.
-- Ведь он закован, а в цепях хитрому монаху будет трудненько бежать! -- заключил Топете.