-- Боже праведный, ведь это Топете! -- в ужасе воскликнул Серрано, узнав приближавшуюся голову. -- Он, верно, ранен, потому так тяжело плывет!
-- Нет, не ранен, -- отвечал Топете, все еще барахтаясь в воде, -- просто какой-то негодяй вцепился в мою ногу и тянет меня ко дну!
Прим поспешно повернул нос гондолы к несчастному Топете, который так навалился на нее, что она от нового напора чуть не пошла ко дну. Франциско и Жуан старались поддержать равновесие, сильно напирая на противоположную сторону, так что Топете, пыхтя и тяжело вздыхая, начал карабкаться к ним, но на его ноге все еще висел умирающий слуга Мутарро. Наконец, кинжал Прима освободил друга от страшной тяжести, мгновенно опустившейся ко дну.
-- Ну, пришлось же поплавать, -- тяжело вздыхая и отряхиваясь сказал Топете, -- черт возьми мошенника, никогда никто так не приставал ко мне!
-- А Мерино убежал! -- грустно сказал Серрано.
-- Дон Рамиро, верно, уже поймал его! -- заметил Прим. -- Я же радуюсь, что Топете опять с нами!
-- Который сегодня отвратительно дурно плавал, но посмотрите-ка, я вижу очень ясно и готов держать пари, что гондола, которую вам не удалось удержать, в настоящую минуту отчаливает от пристани и опять направляется куда-то.
-- Конечно, мошенники выскочили на берег, а гондолу пустили на произвол судьбы, -- отвечал Серрано, -- никогда еще такая близкая добыча не ускользала из наших рук.
-- Ты ошибаешься, гондола не пуста, ею управляют. Гвардейцы пустились в погоню, а мы вернемся к предводителю Летучей петли, который, как нам известно, направился с двумя приближенными к пристаням у тюремной стены.
Когда пробило час ночи, дон Рамиро вошел на улицу