Возобновившееся влияние Санта Мадре чувствовалось и в правительстве, издававшем указы о ссылках и всевозможные строгие приговоры против либералов, как бы ни были они влиятельны и высоко поставлены. Так, в короткое время были сосланы один за другим Конха, О'Доннель и инфант Ивикаский, за ними скоро последовал любимый в народе Шеллей.
Этот удобный способ отделываться от людей либеральной партии был страшно отмщен впоследствии.
Хитрый патер Фульдженчио, с безбородым худощавым лицом и орлиным носом, низко поклонился ожидавшей его королеве. Он вошел в тот самый маленький кабинет, в котором Изабелла некогда молилась за Серрано и еще недавно принимала министра Олоцагу, предостерегавшего ее от патеров.
Фульдженчио знал слабость королевы, любившей низкие поклоны, и никогда не пропускал случая, даже в придворной капелле, при ее появлении выказывать внешне знаки самого глубокого почтения, мысленно насмехаясь над легковерной владычицей.
-- С удивлением и неудовольствием слышали мы, благочестивый отец, -- начала Изабелла, -- что преступнику, известному под именем вампира, удалось бежать из Санта Мадре! Поистине, если бы мы знали, что тюрьма на улице Фобурго, слывшая некогда за самую надежную в мире, стала вдруг так ненадежна, мы, конечно, не согласились бы поручить этого гитаноса отцам инквизиции.
-- Гнев вашего величества справедлив! В Санта Мадре все в высшей степени взволнованы, теперь нет больше ничего надежного, ничего святого! -- почтительно говорил Фульдженчио.
-- Этого преступника должны были сторожить безотлучно!
-- Он содержался в самом глубоком подземелье, был под тремя замками, но да помилуют нас святые! -- воскликнул Фульдженчио с поднятыми к небу глазами. -- В Испании есть нечестивая власть, которая, я должен откровенно и честно сознаться, далеко превосходит власть вашего величества!
Изабелла недовольно посмотрела на патера, потом вспомнила про тайное общество, уже несколько раз доказавшее ей основательность слов Фульдженчио.
-- Так вы думаете, что и этого преступника освободила...