Мало того, что она отделена от соседней Франции заоблачными горами, проходящими через всю Испанию с немногими перерывами, но еще и берега ее, омываемые морем, образуют естественную крепость. Понятно, что при таком географическом положении, обширное это государство преследовало свои собственные цели, было мало доступно чужеземной культуре и недоверчиво смотрело на всякого рода нововведения.
При начале нашего рассказа в Испании еще не было железных дорог, а когда, наконец, по приказанию королевы Изабеллы, были протянуты первые линии в окрестностях Мадрида, фанатические поселяне бесчисленное множество раз портили их, считая бесовскими выдумками. Они то разрушали рельсы, то подкладывали камни и бревна навстречу пыхтевшему чудовищу, а патеры и духовники еще более подстрекали народ. Они боялись, чтобы зарождавшееся просвещение не уменьшило их могущества, которое, как мы увидим впоследствии, еще окружало непроницаемым, ужасным мраком эту обширную прекрасную страну.
Северная часть Испании со своими снежными вершинами и неизмеримыми плоскогорьями имеет большей частью температуру, похожую на климат южной Германии, где зимой не редкость холодные ночи и суровые вьюги. В южных провинциях, наоборот, блестит вечное солнце, улыбается вечно голубое небо и веет ровный, теплый воздух, зреют лимоны и апельсины и растут роскошные пальмы. Смоквы и финики рдеют между зеленью, густые плетни из алоэ окружают пышные сады, где цветут гранаты. Под тенью душистых миндальных деревьев, закутанная в восточное покрывало, живая, пылкая испанка пьет свой любимый шоколад из красивой икары [чашка] или во время полуденного, тропического зноя, опускает в воду апукарилльосы, чтоб придать ей прохладительность и вкус.
Кордова, Севилья, Гренада -- при одном названии этих южных городов мы уже представляем себе картину восточной пышности и неги.
Севильянцы говорят:
Quien no ha visto la Sevilia, No ha vista Maravilla! (Кто не видел Севильи, Тот не видел чуда!)
На это гренадинцы отвечают:
Quien no ha visto la Granada, No ha vista nada! (Кто не видел Гренады, Тот ничего не видел!)
Прекрасны оба города, построенные арабами, мечети которых стоят еще по сию пору. Они имеют архитектуру восточных городов. Длинные улицы, при каждом доме богатая решетчатая бронзовая дверь, сквозь нее свободный вид на выложенную цветным мрамором залу; оттуда уже вход во двор, окруженный мраморными колоннами, стены и пол которого выложены блестящими мраморными плитами и мозаикой. Вокруг двора расставлены цветы и деревья, журчащие фонтаны освежают его, а сверху раскинут над ним шатер. Окна южноиспанских домов почти все заперты железными решетками, по обычаю далеких времен Мавританского владычества, но во внутреннем роскошном убранстве преобладают яркие цвета.
Прибавьте к этому сады с теми пальмами, которые, говорят, когда-то при своем вступлении к Кордову, развел последний халиф Омейядов, изгнанный бедуинами из африканской пустыни и переселившийся в Испанию. Теперь они, в бесчисленном множестве, величаво раскачиваются над всеми городами юга.