-- Желаю успеха! -- отвечал Олоцага, в знак прощания махнув рукой своим друзьям, и с быстротой ветpa помчался по тропинке, так что скоро скрылся у них из виду.
-- Поедем, Пепи, -- сказал Прим своему слуге, -- мы должны непременно напасть на мошенников, а для этого нам надо пошибче подгонять наших лошадей. Ведь они далеко перегнали нас! Гей, вперед, это наше дело, Пепи, уж не первый раз мы гонимся за беглецами карлистами, не в первый раз мы и изловим их!
Пепи вместо ответа с довольным видом усмехнулся, говорить ему не было ни охоты, ни времени, потому что они уже пустились в погоню. Лошади так бодро, неудержимо помчались через поля, что любо было смотреть на их бешеную скачку. Земля высоко взлетала под их копытами.
-- Мы хорошо выбрали наши дороги! -- вдруг воскликнул Прим. -- Двое этих молодцов в самом деле несутся здесь по полю перед нами, а если я не ошибаюсь, вот они и сами на горизонте показались из-за холма. Живее, Пепи, гони жеребцов так, чтоб они долго помнили, какая у нас была сегодня скачка!
Прим и слуга его скоро увидели налево от своей дороги старинный город Сеговию с его высоким средневековым готическим собором, дворцами и крепостями. Он открылся им и пронесся перед ними точно в панораме. Редко попадалось им село с низенькими глиняными хижинами, еще реже попадался поселянин в коричневой куртке и в штанах, завязанных у колен цветной лентой. Они безостановочно скакали вперед, все по следам, видневшимся на мягкой земле.
Уже стало смеркаться. Лошадь Пепи едва переводила дух. Но всадники не обращали на это внимания, только вперед, скорее вперед!
Вдруг Прим испустил крик радости: он увидел двух шпионов как раз перед собой, они сошли с лошадей, вероятно, чтоб отдохнуть.
-- Пришпорь своего жеребца, -- сказал он вполголоса своему слуге, -- мы сию минуту догоним их!
Было около полуночи, месяц ярко светил на темно-голубом небе и фантастически освещал обоих всадников, стрелой летевших по равнине, а неподалеку от них двух карлистов, то нагибавшихся, то подымавшихся снова, лошади которых паслись поблизости. Они или не видели своих преследователей, или не обращали на них внимания, потому что, когда Прим, заметив, что они вдруг бросились к своим лошадям, нетерпеливо выстрелил в них, они громко, насмешливо расхохотались.
Прим, вне себя от бешенства, не обращая внимания на Пепи, погнался вслед за ними. Вдруг его лошадь остановилась, он увидел перед собой черные волны Дуэро.