Диего показал вглубь пещеры -- Прим не мог уже стоять на ногах, потеря крови лишила его силы.
Топете увидел лужи крови и оценил опасность, в которой находился его друг; он, как перышко, поднял Лопеса на воздух, бросил о стену и быстро перепрыгнул через камни, чтобы помочь Приму, за ним последовал и Диего.
Индианка Лиди стояла снаружи, у входа в пещеру, и держала трех взмыленных лошадей.
Когда Топете подоспел на помощь, Прим уже еле держался на ногах, рана его была глубока и опасна. Обессиленный, он упал на руки друга. Шпага контр-адмирала одним ударом поразила предателя-монаха, поплатившегося жизнью за свои коварные планы.
Прим лишился чувств; кровь текла из его раны, а Диего ломал себе руки, считая своего господина мертвым.
-- О, дон Топете, граф не дышит, его глаза закрыты. Да сжалится над нами Пресвятая Дева! -- повторял слуга.
-- Проклятый негодяй! -- пробормотал взбешенный контр-адмирал, еще раз вонзив в живот монаха свою шпагу. -- Черт тебя возьми! Отправляйся к своему брату, такому же мерзавцу, как ты, которому пуля Прима, кажется, уже размозжила голову.
Затем он наклонился к другу. Лицо маршала было покрыто мертвенной бледностью, кровь все еще сочилась из раны.
-- Черт возьми, это не шутка, -- проговорил Топете, -- мы первым делом должны вынести его из этой вонючей норы на свежий воздух и дать воды. Скорее, Диего, возьми один из тех догорающих факелов, что лежат возле мертвых солдат, и посвети, а я понесу маршала.
Топете осторожно поднял на руки-друга, быстро вышел из пещеры и под присмотром Лиди положил раненого под выступ скалы.