Диего наклонился и со слезами на глазах помог поднять Прима и влить ему в рот несколько капель воды.
-- Что вам надо? Где я? -- прошептал раненый. -- Я, кажется, умираю!
-- О, нет, нет, дорогой Жуан, скоро все опять будет в порядке. Ты все еще тот отважный Жуан, который не боится никаких разбойников! Выпей еще холодной воды и попробуем сесть на лошадей!
-- Ах, это ты, -- отвечал Прим, узнав друга, -- слава всем святым, что ты здесь! Но где же Серано, где Олоцага?
Топете улыбнулся.
-- Они уже уехали вперед.
-- О, помоги мне! Негодяи пронзили мне грудь! Говорю тебе, это смертельная рана!
-- Если уж ты скрипишь зубами от боли, то дело, должно быть, плохо, Жуан. Но попытайся все-таки сесть на лошадь.
Прим напряг все свои силы и с помощью Диего и Топете встал на ноги.
-- Проклятые злодеи подставили мне ловушку, они хотели убить меня, и это им почти удалось, -- сказал Прим, припомнив все случившееся.