-- Мне, господин контр-адмирал, и я считаю честью для себя, что они будут использованы вами и доном Гонсалесом Браво.
-- Хорошо, в назначенный час я приеду к монастырю, мои секунданты -- доны Риверо и Посада.
-- Честь имею кланяться.
Топете простился с секундантом дона Браво, не чувствуя никакого подвоха, точно так же, -- как не видел ничего дурного в вызове на поединок, который был сделан по всем правилам, так что не возникало никаких подозрений.
Топете даже рад был случаю отомстить человеку, которого ненавидел, потому что, уничтожив этого льстивого и коварного советника королевы, он надеялся облегчить их общую задачу.
Спустя несколько часов он послал одного из своих офицеров к донам Риверо и Посаде с просьбой отправиться с ним в девять часов вечера к монастырю, недалеко от Трокадеро.
Доны Риверо и Посада тотчас догадались, в чем дело, но не знали, кто был противником. Они взяли с собой шпаги и пистолеты и ровно в девять часов вечера подъехали к дворцу Топете, перед которым уже стоял экипаж.
Долорес со слезами просила мужа быть осторожным и поберечь себя, но ее муж, как обычно в таких случаях, успокоил ее:
-- Не тревожься, милая Долорес, ты знаешь, у меня довольно сильная и твердая рука. К тому же не я вызвал его на дуэль, а он меня, поэтому моя совесть будет чиста, если я убью этого негодяя. Прощай, моя дорогая, -- через два-три часа я обниму тебя. А, здравствуйте, друзья, -- воскликнул Топете, увидев Риверо и Посаду. -- Вы глазам своим не поверите, когда увидите противника.
-- Без секретов, старый друг, -- сказал Риверо, -- говори, кто это такой?