-- Это убийство, неслыханное убийство! -- вскричал бледный, страшно взволнованный незнакомец. -- Это противно праву и закону! Я депутат Валлин. Я хочу предстать перед военным судом! Я не признаю приговора самовластного офицера!
-- Господин капеллан, исполняйте свои обязанности! -- приказал Себальос. -- "Герцогиня де ла Торре" с отчаянным криком упала в обморок.
Некоторые офицеры отвернулись: сцена была непереносимой.
Тщетно священник старался вынудить незнакомца признаться, что он граф Теба, тщетно напоминал ему о небе, тот горячился и сопротивлялся страже.
Когда забрезжил рассвет, Себальос приказал отвести пленных на сто шагов от палатки и там расстрелять, сначала слуг, а потом несчастную чету.
-- Не надо лишнего сострадания, господа, -- обратился он к офицерам, видимо, не согласных с ним, -- нечего щадить таких врагов ее величества, как эти двое. Нас засмеют в неприятельском лагере, если мы отпустим их целыми и невредимыми. Никогда!
-- Но сеньора герцогиня! -- осмелился напомнить один офицер.
-- Вы думаете, что сеньоре надо оказать снисхождение? Мой друг, вы забываете, что она возмутила народ на мятеж! Если герцогиня действовала подобно мужчине, ее следует и судить так же. Я беру все на себя. Действуйте по моему приказу.
Женщина была почти без сознания, когда солдаты подняли ее с земли. Мужчину, который не переставал называть себя депутатом Валлином, наконец, связали. Несчастных потащили к опушке леса, чтобы привести в исполнение приговор.
Отряд пехоты выстроился в шеренгу. Себальос сам приготовился командовать расстрелом.