-- Он идет...
-- Прощайте, донна Марианна.
Прекрасная мексиканка улыбнулась графу Рейсу, тот, еще раз поклонившись, быстро удалился.
-- Он, кажется, так же как и я, любит все необычное и загадочное -- странный господин, -- прошептала Марианна.
-- Бедный, -- усмехнулся Прим, увидев маркиза, спешившего к своей даме, -- ты уже собираешься назвать ее своей, но я почти уверен, что этого никогда не будет. Мне кажется, что я сделаюсь твоим соперником, потому что донна Марианна дель Кастро в самом деле прекрасна!
ГРАФ ТЕБА
Когда гости дона Олоцаги разъехались и лакеи привели в порядок его любимый маленький зеленый зал, он остался наедине с Рамиро. От выпитого вина они оба находились в прекрасном расположении духа и, судя по всему, были заняты одной мыслью. Полумрак зала, обитого зелеными обоями, как нельзя лучше подходил к настроению Салюстиана.
Он твердо решил сегодня рассказать Рамиро все, что до сих пор составляло для него тайну. Но ему трудно было приступить к главному -- к горькому признанию, которое могло навсегда лишить юношу
покоя и стать причиной многих неприятностей. "Но ведь Рамиро в таком возрасте, -- подумал он, -- что должен понять все".
Юноше, открытое лицо которого часто вызывало воспоминания в душе Салюстиана, предстояло первое тяжелое испытание.