-- Это плод твоей фантазии! -- вскричала принцесса, также поднимаясь.
Махмуд-шейх также узнал его! -- подтвердил бледный от страха дервиш.
-- Здесь, в развалинах! Он осмелился проникнуть даже сюда! Пусть его сейчас же найдут и приведут сюда, чтобы покончить, наконец, эту комедию! -- вскричал Шейх-уль-Ислам. -- Сторожите все выходы! Он не уйдет от нас, если только Махмуд-шейх и Сулейман не были игрушкой воображения! Я сам буду искать его и возьму именем закона! Это известие крайне радует меня, и ты, принцесса, будешь свидетельницей так долго желаемого события. Золотой Маске не удастся безнаказанно осквернить своим присутствием это святое место.
-- Желаю тебе успеха, -- прошептала принцесса, оставаясь в комнате вдвоем с Гамидом-кади, -- желаю тебе победы, мудрейший Шейх-уль-Ислам!
IV. Сади и принцесса
Когда Сади проснулся на другой день после ночи, в которую он в первый раз встретился с красавицей Рецией, образ ее все еще был у него перед глазами. У него снова всплыло в памяти все происшедшее накануне, и ему казалось, что порок и добродетель воплотились в греке Лаццаро и красавице Реции.
Бедняжка Реция была круглая сирота, одинокая в целом мире, не имела ни единой души, которая была бы к ней привязана.
-- Но, -- говорил себе Сади, -- она должна была почувствовать, что я полюбил ее, что я готов ее защищать и пожертвовать для нее всем!
Как гордо и в то же время мягко просила она его, чтобы ом оставил ее одну: "Иди, -- говорила она, -- ты спас меня от рук ужасного Лаццаро, но теперь не следуй за мной!"
Сади не мог поступить иначе, как исполнить ее просьбу, и теперь не знал, где снова найти ее! А между тем, он должен был найти ее во что бы то ни стало, и для того он будет искать ее день и ночь.