-- А где чудо?
-- В другом покое. Я запер дом на замок.
-- Слышали ли люди слова сумасшедшего?
-- Да, мудрый Баба-Мансур. Они кричали, что софт не безумный, а говорит правду. Это очень радовало Ибама, он обнимал мужчин и кричал, что есть еще на земле люди, которые в состоянии понять его. Он добивался сверхъестественного, ломал над ним голову, исследовал его, но чудо отнюдь не было его произведением, плодом его трудов. Оно было низким обманом -- и снова начинал насмехаться над людьми, собравшимися в его доме. Не зная, что делать, что отвечать на его безумные слова, одни вопросительно глядели друг на друга, пожимали плечами, шептались, другие вторили его смеху и уходили впрочь. Во всем виноват софт, и если, мудрый Баба-Мансур, ты в эту же ночь не прикажешь увезти его, он принесет несчастье своим безумием.
-- Вернись как можно скорее в дом софта. Не далее как сегодня ночью я сам приеду туда.
-- Приезжай, мудрый Баба-Мансур, и посмотри сам, правду ли сказал твой раб Неджиб!
-- А до тех пор ты отвечаешь мне головой за то, что в продолжение этого времени софт не устроит никакого бесчинства и что ни одна душа не будет к нему допущена, -- сказал Шейх-уль-Ислам. -- Если Ибам сумасшедший, его здесь у нас вылечат. Если же это притворство и им руководит злой умысел, тогда он понесет наказание. Ступай!
Ходжа Неджиб встал, низко поклонился и оставил зал совета.
-- Этот софт кажется мне опасным, -- сказал Гамид-кади, -- подобные натуры с независимыми идеями и средствами к исследованию их могут наделать много вреда, а потому их следует делать безвредными.
-- Я согласен с тобой, брат мой! Если софт не безумный, а только притворяется им, мы найдем средство убедить его в своей вине, наказать и положить конец его козням, -- отвечал Шейх-уль-Ислам. -- Сегодня же ночью я приму надлежащие меры, разузнаю обо всем и, в случае нужды, он будет обезврежен.