Затем трое дервишей схватили палки, и через три удара кровь показалась на спине софта.
Ибам должен был сознаться, что он только играл роль сумасшедшего и что все его слова были сказаны им из коварства, злобы и религиозной вражды. Но он не хотел этого сделать, и за это ему вынесли ужасный приговор, который гласил: "За измену и обман подвергнуть бичеванию". Кровь текла по спине несчастного страдальца, куски кожи и мяса висели клочьями, но удары все сыпались и сыпались, так что палки окрашивались кровью.
Бледное лицо софта было обращено к небу, словно он взывал о помощи и защите.
Но казалось, что вид обнаженного, окровавленного тела только возбуждал в палачах злобу и бешенство. При новых криках софта они схватили его длинную бороду и волосы и связали их веревкой, которую прикрепили к столбу и так крепко стянули, что чуть было не вырвали всю бороду несчастному, который не мог уже больше открыть рот.
Крики его поневоле смолкли. Палачи снова принялись за дело, кровь рекой лилась из израненного тела жертвы.
Реция в ужасе закрыла глаза.
Несчастный софт не шевелился больше, не было слышно и его стонов. Голова, лишенная всякой поддержки, упала в сторону, как у мертвеца, и висела только на веревке, которой были связаны его волосы.
Дервиши довершали казнь уже над мертвым!
Софт Ибам уже отошел к праотцам! Когда его наконец отвязали от позорного столба, он безжизненной, окровавленной массой рухнул на землю.
Дервиши наклонились над ним и, убедившись в его смерти, дали знать шейху, что софт был подвергнут наказанию, но не смог пережить его. Шейх же доложил Баба-Мансуру и его советнику, что софт умер и вместе с ним смолкли и его смелые речи.