Но вот, когда он проехал еще порядочное расстояние, дорога показалась ему совсем другой, а долина слишком длинной. Внимательно стал он присматриваться к местности и тут только, к удивлению своему, заметил, что сбился с пути. Вернуться назад он не мог, вероятно, уже почти на милю отъехал он от лагеря и надеялся или выбраться на верную дорогу, или выехать на большую караванную.
Немного спустя въехал он в глубокие пески пустыни и тут на минуту остановил лошадь, не отваживаясь пуститься в это страшное песчаное море.
Зора хорошо знал лошадиный инстинкт и довольно часто полагался на него в подобных случаях. И на этот раз он решил предоставить животному выбор направления и опустил поводья. Почувствовав свободу, умное животное, казалось, поняло намерение своего хозяина, ласково трепавшего его по шее. Сначала лошадь высоко подняла голову, по всем направлениям нюхая воздух, затем нагнулась к земле и стала обнюхивать ее.
По мнению Зоры, надо было ехать вправо, чтобы вернуться в свой лагерь. Лошадь же повернула влево.
-- Я доверяю твоему выбору! -- прошептал он. -- Но мне кажется, что ты ошибаешься.
Лошадь оставила в стороне пустыню, а поскакала по холмам, где под ногами была твердая, а местами даже каменистая почва.
Скоро наш одинокий всадник заметил, что находится как будто на проезжей дороге: тут и там на мягком грунте виднелись следы лошадиных подков. Но дорога эта была незнакома Зоре.
Около получаса, если не больше, ехал он в этом направлении, как вдруг невольно вздрогнул.
Он ясно расслышал треск взведенного курка ружья или пистолета.
В ту же минуту раздался выстрел, пуля просвистела как раз между головой Зоры и шеей лошади, и та, чтобы избежать опасности, сделала скачок вперед и хотела помчаться дальше.