Она только выжидала удобного случая убить себя. Со связанными руками, окруженная караулом неприятелей, она стояла, подобно заключенной в неволе гиене, и мрачно и пристально смотрела на покрытое кровью и трупами поле битвы, где племя ее кончило свое существование.
Только Зора узнал о подвиге Сади, как немедленно поспешил к нему, оставив пленников под надзором своих солдат.
Торопливо соскочив с лошади, он бросился обнимать своего друга.
-- Победа, Сади, победа! -- радостно воскликнул он, горячо сжимая его в своих объятиях. -- Я услышал выстрелы и поспешил сюда, но пришел только затем, чтобы быть свидетелем твоих подвигов! Ты взял в плен Кровавую Невесту! Большего торжества и желать нельзя!
-- Мы у цели, друг мой, -- отвечал Сади, -- спасибо тебе за твое появление на поле битвы, без тебя победа не была бы одержана так быстро и решительно!
-- Тебе следует получить награду победителя, Сади, ты с пленной Кровавой Невестой возвратишься в Стамбул, чтобы в триумфальном шествии отвести ее во дворец султана, я мог только довершить твою победу. Вы все, -- обратился он к солдатам, -- приветствуйте нашего храброго и победоносного Сади-бея!
С шумной радостью последовали солдаты приглашению Зоры, и обширное поле битвы далеко огласилось торжествующими криками победителей, прославлявших Сади.
-- Да здравствует Сади-бей! -- громко разнеслось по воздуху. В первый раз войска султана торжествовали такую блистательную победу среди этой пустыни.
-- На коней! -- скомандовали офицеры, когда пленные арабы были уже привязаны: Кровавая Невеста -- к седлу своей лошади, а прочие воины -- к лошадям солдат. -- Пусть с рассветом пришлют из Бедра помощь раненым, а мертвым найдется здесь одна общая могила!
Затем шествие вместе с пленниками двинулось к отдаленному неприятельскому лагерю, чтобы прихватить в плен еще нескольких оставшихся там воинов. Это длинное шествие, в котором можно было видеть и ликующие, и печальные, удрученные горем и отчаянием лица, медленно продвигалось по песчаной пустыне, слабо освещенной бледным светом луны.