-- Магомета-бея больше нет р живых.
-- Это неслыханно! И еще под окнами сераля?
-- Это-то и увеличивает тяжесть моего обвинения!
Султан позвонил. Вошел дежурный адъютант.
-- Позови Гассана-бея! -- приказал султан.
Когда Гассан явился на зов, Шейх-уль-Ислам искоса глядел на него, не изменяя своего положения.
-- Гассан-бей, отправляйся немедленно с двумя офицерами к Зоре-бею и арестуй его, -- приказал султан, подходя к письменному столу и подписывая приказ об аресте, -- Зора-бей совершил тяжкое преступление! Я знаю, что он твой друг, но надеюсь, обязанности перед султаном стоят у тебя выше дружбы! Делай, что тебе приказано, и отведи офицера в тюрьму сераля, и пусть он там ждет следствия и приговора!
Шейх-уль-Ислам с удовольствием выслушал этот приказ, он добился новой победы. Искоса поглядывал он на Гассана, но тот ничем не выдал своего волнения. Он поклонился и вышел из кабинета.
Что, если Гассан, вместо того, чтобы арестовать товарища, поможет его бегству? Мысль эта на минуту встревожила Мансура, но он тотчас же успокоился, сказав себе, что тогда он имел бы двух ненавистных ему людей в своих руках и мог бы окончательно устранить их.
Султан был раздражен происшествием и обещал Шейху-уль-Исламу строжайше наказать виноватого.