-- Я поступил по совести: Зора-бей -- верный слуга вашего величества! Тот же, которого он наказал за недостойный поступок, служил не вашему величеству, а Шейху-уль-Исламу, -- бесстрашно отвечал Гассан, -- пусть гнев вашего величества падет на меня и на Зору-бея, нас утешает только то, что мы верой и правдой служим вашему величеству и никому больше!.. А Магомет-бей душой и телом предан был его светлости Шейху-уль-Исламу и исполнял лишь одни его приказания. Никогда не могли бы вы, ваше величество, удостоить его полного доверия!
Мансур-эфенди задрожал от бешенства при этих словах Гассана.
-- А потому на попытки Шейха-уль-Ислама отомстить Зоре-бею за начальника капиджей надо смотреть не иначе, как на желание отомстить за смерть своего протеже, чтобы возбудить тем сильнейшую привязанность к себе в его преемнике, -- продолжал Гассан. -- Я же того мнения, что солдаты и офицеры какого бы то ни было государства не могут служить двум господам, что они должны быть верными, преданными и покорными слугами своему государю и никому больше!
Султан был поражен словами Гассана, и когда тот смолк, наступила пауза.
-- Я желаю сначала выслушать доклад великого визиря о деле того офицера, который ночью бежал из тюрьмы, -- строго сказал Абдул-Азис, и этот ответ дал понять Шейху-уль-Исламу, что он проиграл дело.
-- Махмуд-паша сообщит мне о назначении Зоры-бея, я думаю, оно крайне важно и необходимо!
-- Крайне важно и необходимо, так я слышал из уст Махмуда-паши, -- подтвердил Гассан. -- Зора-бей отправлен атташе в Лондон, где у него важные связи!
-- Доклад великого визиря разъяснит это дело. Мне говорят, -- обратился султан к Шейху-уль-Исламу, который стоял перед ним бледный и со сверкающими глазами, -- что воскресшая из мертвых девушка, называемая пророчицей, состояла под твоим надзором и руководством, так ли это, великий муфтий?
Мансур ожидал всего, только не этих слов, которые прямо показывали, что султан уже явно не доверяет ему. Абдул-Азис пристально и строго смотрел на Мансура, и тот должен был собрать все свое присутствие духа, чтобы не выдать себя.
-- Правда, я был в доме софта, чтобы убедиться в чуде, -- отвечал он тихим, беззвучным голосом, -- вот и все.