Военный министр с поклоном вошел в кабинет.
-- Садись, паша! -- приказал ему султан. Сади же остался стоять возле Гассана. -- Ты пришел ко мне с докладом, начинай!
Гуссейн бросил вопросительный взгляд на Сади.
-- Сади-паша останется здесь! -- сказал султан. -- Говори так, как если бы мы были одни!
Визирю, по-видимому, вовсе не хотелось, чтобы Гассан и Сади оставались свидетелями его доклада: он не знал, насколько еще можно было им доверять.
-- Новые полки выступают завтра, -- начал он, -- корабли с солдатами и военными снарядами уже три дня, как оставили гавань и отправились на место возмущения! Меня извещают, что все христианские народы, подвластные вашему величеству, намерены восстать, но пока довольно тех сил, которые мы уже отослали в Боснию.
-- Мятежники принуждают меня к этому важному шагу, я приступаю к нему неохотно, так как заранее предвижу, что этот раздор приведет меня к столкновению с другими державами! Продолжай!
-- Я хотел бы обратить внимание вашего величества на один благоприятный случай, -- продолжал Гуссейн, -- но не знаю, смею ли я в настоящую минуту говорить обо всем?
-- Обо всем!
-- Даже и о престолонаследии?