Лаццаро проводил ее глазами, и когда экипаж скрылся из виду, он снова закутался в свое покрывало и пошел от мечети, сгорбившись и едва передвигая ноги.
Он направился к Беглербегу и после двухчасовой ходьбы достиг наконец дворца.
Часовые, стоявшие у ворот, не хотели впускать его во двор. Нищенствующих дервишей насчитывалось в Константинополе тысячами, и они не пользовались уважением.
Но наконец греку удалось найти более сговорчивого часового, согласившегося пропустить его.
Войдя во двор, Лаццаро отошел в сторону и, скрывшись в тени одной из стен, казалось, чего-то ждал.
Вдруг он оставил свой пост и направился поспешно на другую сторону широкого двора. Там показался Фазиль, слуга принца Юссуфа.
-- Фазиль! -- крикнул Лаццаро, сдерживая голос.
Фазиль остановился и с изумлением оглянулся вокруг.
-- Сюда, Фазиль! -- повторил грек.
Тут только тот заметил старого дервиша.