Каикджи, перевезя дервиша, думал, что сделал богоугодное дело, которое не останется без награды. Он не знал, с какой преступной целью ехал Гаким в Галату.
Медленно и осторожно прошел дервиш по улицам Галаты и подошел к старому деревянному дому Кадиджи, возвращения которой напрасно ждала Сирра.
В доме было тихо и темно. Не слыша в доме ни малейшего звука, Гаким подошел к нему с твердым намерением проникнуть туда и захватить Черного гнома мертвой или живой.
Мансур велел захватить Сирру не только для того, чтобы завладеть ею и устранить одно из опасных для него лиц, но также и потому, что он думал через нее узнать, где скрывается Реция, которая, по его мнению, должна была знать что-нибудь о сокровищах калифов и могла дать объяснение таинственной записке, найденной им в пирамиде. Помимо того, он надеялся, что Реция нашла убежище у Черного гнома и, таким образом, ему удастся завладеть сразу обеими.
Как мы уже знаем, эта надежда оправдалась бы, если бы Сирра и Реция в этот вечер не пошли в сераскириат для исполнения своего смелого плана.
Подойдя к двери, дервиш прислушался. Внутри слышался легкий шорох и тихие голоса. Но он мог ошибаться. Может быть, в доме были большие водяные крысы, которых много около воды и которые часто проникают в дома.
Гаким не знал страха. Он сам был ужасом для тех, кто имел несчастье навлечь на себя гнев Мансура и подвергнуться его преследованиям.
Он осторожно толкнул дверь, она была не заперта и тотчас отворилась. Внутри дома царил мрак, но Гаким, не колеблясь, вошел, говоря себе, что его глаза скоро привыкнут к темноте.
Закрыв дверь, он протянул руки, намереваясь ощупью идти дальше, но вдруг почувствовал, что около него кто-то стоит.
Гаким вздрогнул.