Они расстались. Гассан вошел в хан, а принц медленно и задумчиво пошел по пустынным еще улицам.
Это было утро того дня, когда Реция успела удачно выйти из башни сераскириата с тяжелой думой о Сирре и Сади.
Юссуф шел по узкой улице, проходившей мимо ворот сераскириата. В ту минуту, когда он был уже недалеко от них, он увидел, что ворота отворились и из них вышел какой-то человек, по-видимому, торговец-перс.
Принц не обратил бы на это внимания, если бы в жестах и походке перса не было чего-то особенного.
Уже только несколько шагов разделяли их, как вдруг перс при виде принца вздрогнул и остановился. Черты его показались Юссуфу знакомыми, несмотря на повязку, закрывавшую большую часть лица.
-- Как? Это ты, Реция! -- вскричал принц, узнавая мнимого перса. -- К чему это переодевание?
-- Тише! Заклинаю вас, ваше высочество! -- прошептала Реция умоляющим голосом, боязливо оглядываясь по сторонам, как бы опасаясь, что слова принца будут кем-нибудь услышаны. -- Аллах привел тебя сюда! -- продолжала она. -- Я в горе и опасности!
-- Что же случилось с тобой? Говори!
-- Сади-паша, мой муж, находится в башне сераскириата.
-- Твой муж? Да! Да! Теперь я вспомнил! Он свергнут, в немилости.