-- Реция! Дочь моя! -- прошептал он, и глаза его закрылись. -- Я умираю, а ты не идешь! Милосердный Аллах, дай мне еще раз увидеть мое дитя.
Но кругом все было тихо, даже шаги удалявшихся солдат смолкли. Последний потомок Абассидов опустил голову на грудь, как мертвый, кровь медленно струилась из его ран...
В это время в сумерках показалось странное шествие. На богато убранной белой лошади сидела женщина, закутанная в покрывало, за узду лошадь держал Золотая Маска, двое других следовали на некотором расстоянии.
Прохожие, встречавшие это шествие, отступали и низко кланялись, прикладывая руку к сердцу и говоря: "Мир с вами!".
Шествие приблизилось к площади, на которой произошла казнь.
В это время взошла лупа и осветила Абунецу, повисшего на веревках, привязывавших его к столбу.
-- Все копчено! -- раздался голос Золотой Маски. -- Мы опоздали.
-- Опоздали! -- вскричала женщина в покрывале, которая была не кто иная, как Реция, дочь Альманзора. -- Говори, где мой отец, к которому ты обещал меня привести? Где он?
Золотая Маска указал на столб.
-- Он уже казнен! -- раздался в ответ голос Золотой Маски, в то время как двое других поспешно пошли отвязать Альманзора. -- Посмотри туда. Мы опоздали!