На блеклом бархате резных огромных кресл
Как светел воск лица и череп обнаженный!
А над челом кумир Киприды благосклонной
Восставил друг искусств и судия ремесл.
Припухлые глаза, не ведая печали,
От дней медлительных лазурность потеряли, -
Лишь тлеет искорка в хладеющей золе.
Отец для поселян, а к девам пуще ласков,
Он весь тут до конца. - Прибавьте на столе
Том кожи палевой с тиснением: Херасков.