Я пленный в них входил, глядящий ниц.
Конвой был строг, уставший от работы.
Была глухая ночь. И сердцем я страдал,
Я чувствовал года - их груз мне сел на плечи.
Втроем мы шли. От них я отставал.
С конвойными какие будут речи?
Всё будет сделано как повелит закон.
Я говорю себе: откройся всякой каре.
В тюремной тьме, в ее давящей хмаре
Я верю, что сдержу совсем ненужный стон.