Воинов двух схоронили,
Рати железной труда.
Только и есть друзья у шахтера -- лампа и двери в проходах. Лампа освещает путь, двери дают доступ воздуху в шахту. Не будь дверей, неправильно бы распределился воздух, не попал бы в забои. Куда надо, туда и пускают двери струю воздуха. Пройдя все проходы продольные и поперечные, он растекается по трубам в забои. Из забоев он снова собирается в большие проходы, наконец идет к другому стволу, где уже машиной вытягивается наверх. Нездоровый этот воздух, с примесью газов и угольной пыли. Сердце и виски колотятся, когда долго им дышишь, а рабочий не вылезает из шахты по восемь часов. Лампа хороший друг, но и опасный враг. Попортилась лампа в забоях, с минуты на минуту жди взрыва гремучего газа или угольной пыли.
Газы
Газ с шипеньем выходит из угля и породы. То он клохчет наседкой, то цыплятами пискает, бормочет каликой перехожим, уркает голубем, журчит, как ручеек. Разными звуками газа оглашается подземелье. Один старый рабочий, проработавший тридцать лет под землей, спрашивал меня:
-- Ты знаешь, что это здесь шипит и хрюкает? Поди, думаешь -- черти?
-- Да, похоже на чертей...
-- Деревенщина... Известно, -- смеется рабочий пыльным скомканным смехом, -- нашел тут чертей... Всю землю насквозь пророй, не найдешь. Это только попы в золотых алтарях выдумывают всякую чепуху. Им там с Христовой кровью не так, как нам с углем. Им не душно. У нас тут, брат, не Христова, а человечья кровь течет. Видел протащили человека с проломанной головой? Чу, слышишь? это газ шипит. Новички, что приходят сюда, сначала боятся в далеких забоях в одиночку. Он ведь, этот газ, бывает еще и шибко вредный. Чуть чего, и задохнешься совсем. Так-то вот пошли мы с одним новичком в забои, от ствола за три километра. Я залез в проход для воздуха, проверить не завалился ли, а новичок-то и остался в забое один. Услышал рокотанье газа, причитанья на разные голоса и почудилось ему будто где-то в земле плачет и стонет засыпанный живой человек, стонет, а вылезти не может, умирает. У нас, ведь, так бывает. Да ты чего глаза-то пучишь? Вот мы сидим, а там где-нибудь рухнут подпорки, аль взрыв, -- засыпало, вот и готово. Воздух не пошел, и крышка. Считай минуты жизни своей.
-- Тебя засыпало когда-нибудь?
-- А ты думаешь, за тридцать лет под землей обойдешься без этого? Все бывало. Ну, вот, слушай дальше. Парень -- от этот и схлыздил, струсил, значит... А газ все стонет. Я што-то замешкался. Парень и подумай, что это меня завалило, и душа моя воет жалобно. Ей ведь тоже из шахты не вылезти. Попробуй-ка версту сквозь землю пролезть.