Как только близорукий преподаватель геометрии подходил к доске, чтобы объяснить теорему, Петя быстро менялся местами с соседями. Пока геометр вычерчивал треугольники и окружности (издали казалось, что он водит по доске не мелом, а носом), Петя нашептывал на чужих партах о своем пари с Несвижским.
Первым решил поддержать Петю Гаврин. Для Гаврина любой скандальчик в классе был лучшим развлечением в жизни. Вторым неожиданно согласился старательный Морозов. Вечером у Морозова болели зубы, и немецкий он не выучил.
К концу урока мальчики были «обработаны».
Пока Петя путешествовав по партам, Саша придумывал «хитрые» вопросы для Анны Федоровны. За сорок минут он составил вопросник в двенадцать пунктов.
Главное было сделано, оставалось уговорить на перемене девочек.
— Теперь твоя очередь, — заявил Петя Саше. — Девчонки знают, что я бузотер. Испугаются. Ты их лучше сагитируешь. Они думают, что ты «тихоня». Раз тихоня уговаривает — значит, ничего страшного. Сперва ты Тамару Бесперчую обработай. Она Несвижского терпеть не может, и ее все девчонки уважают.
Саша смутился. Она же «цацой» его назвала. Но отступать было поздно. Петя подумает, что он трусит.
Тамара оказалась не такой уж несговорчивой. Что, она хуже мальчишек? Испугается? Ничего подобного. Проучить Несвижского стоит. Ну, и вид же у него будет, когда ему придется отдавать свисток!.. Девочек она уговорит.
Несвижский, заподозрив неладное, приставал ко всем с расспросами, но в ответ все только хихикали. Наконец, Гаврин пригрозил Несвижскому:
— Не приставай, а то отколочу.