То и дело товарищи кричали мальчикам:
— Огнам и Рамат! Огнам и Рамат! Халат-халат!
Саша и Петя остались в одиночестве. Конечно, после долгого триумфа в классе осенью, когда лейтенант лежал в больнице, одиночество оскорбляло их. Но так как их головы были до отказа набиты разными тайнами и так как их тайны всех интересовали, то они мужественно и даже гордо переносили оскорбления по своему адресу.
Когда мальчики оказались далеко от берега, Саша надел поверх шапки и пальто простыню. Веревочкой Петя стянул простыню вокруг воротника.
— Ну, иди! Я отвернусь. Когда сосчитаю до полтысячи, буду искать.
Взяв Рама за поводок и поставив его мордой к берегу, Петя начал считать:
— Раз, два, три, четыре, пять…
Саша побежал. Простыня, как белый рыцарский плащ, развевалась за его спиной.
Метрах в сорока виднелась гладкая полоска льда. За льдом сугробы. Там он спрячется.