Много дней провел я в горе по умершей, наконец сказал:
"Братья! Я поеду и привезу к вам служителя Божьего! Пусть он скажет вам доброе слово. Выслушайте его с почтением и отпустите его с миром!" Мое предложение понравилось, и я, сев на Памперо, к которому долго не подходил, ведь он был, хоть и невольным, но все-таки виновником смерти матери, отправился на поиски вас. Собака привела меня к этим скалам. А теперь скажите, дорогой мистер Мертон, поедете ли вы со мной в деревню? Укажите моему народу путь к спасению?"
Миссис Мертон побледнела от одной мысли о поездке мужа к дикарям, но ее успокоили, что после обращения матери Павла эта поездка уже не так опасна.
Однако решили, что Павел побудет здесь, посетит Эсперансу и ознакомится с планами колонистов на будущее.
Прошло два дня. В воскресенье впервые решились отправиться все вместе в Эсперансу для совершения богослужения. При выходе из церкви их удивил и напугал конский топот. Однако, оказалось, что скачут всего две лошади: на одной, белой, ехал красивый, статный касик, на другой -- молодая женщина с ребенком.
Джек сейчас же узнал приехавших и с громким криком: -- Зара, Зара! -- бросился к ним навстречу.
Но Зара, -- была это действительно она, -- соскочив с лошади, кинулась к отцу, вся в слезах, шепча: "Mi padre! Mi padre!" -- а Альмагро обнял дочь и не мог вымолвить ни слова от волнения.
К мужу Зары подошел Павел. Племена их были в союзе, и они разговорились.
Семейство Мертонов держалось в стороне, чтобы не мешать встрече отца с дочерью. Люис же был смущен прибытием неожиданных гостей и не знал, можно ли им сообщить тайну их убежища. Он рассказал о своих опасениях Павлу.
-- Возьми с него слово не выдавать эту тайну, -- ответил тот. -- Кангополь хоть и не христианин, но никогда не нарушит свое слово!