В то же время Ватутин не мог надолго отрываться от штаба фронта, потому что надо было управлять ходом событий на всем огромном пространстве.
Оставаясь в таких случаях в штабе, Ватутин посылал в войска своих надежных помощников генералов Иванова, Варенцова, Штевнева, Петрова, которым он доверял любое задание. Туда же, на опаснейшие направления, по заданию Военного Совета выезжали работники Политического управления фронта.
Чем кризиснее становилось положение, тем собранней, решительнее действовал Ватутин.
9 июля отличалось высшим напряжением битвы. К этому времени на севере Курской дуги наступление противника против Центрального фронта стало явно выдыхаться. Гитлер не хотел с этим мириться, он исступленно толкал своих генералов вперед, и Ман-штейн, все больше и больше ожесточаясь, не щадя своих войск, гнал их в пекло сражения.
В этот день танковые дивизии СС атаковывали оборону пятнадцать раз.
Опасность была еще очень велика, сил у противника было много, но прорвать фронт обороны фашистам не удавалось. Они ее только оттесняли, неся огромные потери.
В этот день фотообъективы самолетов-разведчиков зафиксировали в расположении наступающего противника 280 подбитых танков; по черным дымам, резко проявившимся на пленке, можно было подсчитать 200 горевших танков.
Кто понимает, что значит подбить и поджечь танк с мощной броней, какой силы и меткости огонь надо против него сосредоточить в бою на больших дистанциях, какие качества надо проявить людям в ближнем бою — и артиллеристу, вступившему в огневую дуэль с танком, и пехотинцу, поднявшемуся на «тигра» с гранатой, — тот может себе представить, что потребовалось от обороняющихся войск, которые из тысячи атаковавших танков уничтожили почти 300.
Надо подчеркнуть, что наибольшая часть танков противника была уничтожена нашей артиллерией.
Артиллеристы Воронежского фронта были вооружены новейшими орудиями и хорошо подготовлены к борьбе с вражескими танками.