Две крупные полевые армии противника, многочисленные танковые дивизии, составившие группу армий «Север», поддерживаемую отборным авиакорпусом Рихтгофена, прорывались через Прибалтику.
Генерал Манштейн, громко именовавшийся «лучшим представителем германского генерального штаба» и «лучшим стратегом восточного фронта», двигаясь со ОБОИМ танковым корпусом впереди всей группы «Север», мечтал первым ворваться в Ленинград.
Наступление противника грозило рассечь Северо-западный фронт. Чтобы остановить врага, нужно было перейти от контратак, которые временно задерживали противника, к сильным контрударам. Надо было не только остановить, а и отбросить гитлеровские войска.
Планируя такой контрудар против вгоняемого Манштейном танкового клина, Ватутин организовал во взаимодействии с Ленинградским фронтом на флангах противника группировки пехоты. В помощь Северо-западному фронту были переданы с Ленинградского фронта стрелковые дивизии.
И когда упоенный успехами Манштейн вырвался далеко вперед, советские войска решительно атаковали его фланги.
На помощь Манштейну поспешила немецкая пехота, сам он повернул часть танков в сторону своих флангов, завязались сильные бои, в ходе которых стрелковые дивизии прорвались на тылы войск Манштейна. Его 8-я танковая, 3-я моторизованная дивизии и части дивизии СС «Мертвая голова» были разбиты.
Манштейн вынужден был искать способ отступить назад.
Дивизии Манштейна были отброшены назад на 40 километров и более месяца не появлялись на фронте. Наши войска захватили первые крупные трофеи, па поле боя остались сотни танков, подбитых нашей артиллерией, сожженных бежавшими гитлеровцами.
В штаб Северо-западного фронта доставили первых пленных эсесовцев. Они стояли перед Ватутиным в трусах, — так они и ехали на танках, спеша в Ленинград, пренебрегая обороной русских, — ошеломленные, не понимая, как случилось, что они оказались у русских в плену.
Тогда же в документах разбитых немецких штабов были обнаружены совершенно секретные директивы гитлеровского генерального штаба о ведении химической войны. Ватутин немедленно отправил эти документы в Москву, они были опубликованы нашей печатью.