И, видя конец рамы этой гигантской сети, я хватаюсь руками за какой-то канат, раскачиваюсь над бездной, и ноги мои касаются чего-то твердого.
И вот уже я стою, по видимому, на каком-то выступе или сучке того самого пня, куда я взобрался, спасаясь от собаки.
Медленно и осторожно, держась за этот выступ, переступая ногами через выбоины на коре пня, я спускаюсь все ниже и «иже, туда, где глухо шумят травы, туда, куда упала спасительная пилюля. Я ее отыщу!
Мои движения привлекли вновь внимание паука. Он, повидимому, разделался с плащом гораздо раньше, чем я предполагал. Паук меня преследует. Но от паутины до меня уже далеко. Здесь пауку меня не достать. Там, у себя на паутине, этот хищник — полный хозяин. Только там!
Но вот он появился у рамы своей паутины. Он выпускает нить… Вот он уже над моей головой. И тогда-тогда я кинулся в сторону. Я спрятался в какое-то углубление.
Пусть паук меня поищет! Наблюдательный пункт у меня великолепный.
Паук, вися на ножках туловищем вниз, переправлялся по своему мосту.
Да, паук переправился на мой берег. Все его восемь глаз устремлены в разные стороны. Но меня в моем убежище он не видит.
Паук двинулся вперед. Резкий, оглушительный гул прорезал воздух. Какое-то серое животное метнулось к пауку. Паук заскользил по канату обратно.
Гул все нарастает. Я сделал шаг назад и провалился в какой-то колодец. Упал и почти потонул в липкой мягкой массе.