Разному числу колебаний световых волн соответствуют свои цветовые тона.
Как известно, предметы не имеют собственного цвета. Они обладают способностью отражать, преломлять или поглощать лучи.
Что такое цвет черного предмета? Все световые лучи, падающие на этот предмет, поглощены, и поверхность предмета не отразила никаких лучей.
Что такое синий цвет? Синяя краска. Поверхность предмета поглотила все цвета спектра, а синий цвет — отразила. И мы видим предмет синим.
Так физика объясняет природу света и цвета.
Тончайшая, прозрачная и совсем невидимая чешуя, покрывающая крылья бабочек, — словно набор прозрачных пластинок, по особому, своеобразно пропускающих свет. Толщина этих пластинок, или чешуек, различна и лежит в пределах световых волн разной длины. Та или иная пластинка окрасится в тот цвет, длина волны которого будет соответствовать ее толщине.
Вот перед вами пример, который ясно показывает, как изменяется окраска в зависимости от толщины пленки: мыльный пузырь. Как часто дети очарованы прихотливой сменой окраски мыльного пузыря! Эта смена, эта игра красок кажется случайной, неожиданной. Но здесь в чередовании цветов есть строгая закономерность. Когда мыльный пузырь начинают надувать и пленка его еще толста, — он красный. В этот момент толщина стенок мыльного пузыря соответствует наиболее длинной световой волне, а именно — красной. Затем наступает чередование других цветов.
Но вовсе не у всех бабочек такая окраска. Есть бабочки с окраской пигментной, и эта окраска выцветает, выгорает. Есть даже группа бабочек с такими крылышками, в которых сочетается пигментная окраска с прозрачностью отдельных пластинок.
Но Думчев выбрал те крылышки бабочек, где луч света, один только луч света, создает чарующую окраску. Обратил ваше внимание на ту бабочку, в крылышках которой отсутствует пигмент — красящее вещество в виде крупинок. Крылышки ее сами по себе как бы прозрачны.
— Так что же! Так что же! — вскричал я с волнением и радостью. — Теперь я и сам понимаю, сам вижу: это наблюдение Думчева верное. Но тогда… тогда выходит, что Думчев прав в главном. Он говорил, что такие краски — вечные и никогда не выцветают.