-- Этот Гаржу, о котором говорит шевалье, человек надежный и средство это верно?
-- Надежен, как преступник, которому в случае неудачи или отступления грозит неминуемая смерть. Он безгласная креатура патера Лашеза.
Терезия встала и подала документ графу:
-- Позаботьтесь, чтобы это попало прямо в руки шевалье!
-- Через Лашеза. Я тотчас еду в Мадрид, и не более как через час верный посланец от ордена отправится в Нанси.
-- Надо сообщить обо всем Ментенон.
-- Зачем, ваше величество? Дело само даст знать о себе! Не слишком доверяйте этой женщине! Она честолюбива и вздумает, пожалуй, занять место нашего низверженного врага, тогда...
-- Ну и исчезнет тогда тем же путем! Не думаете ли вы, что вдова Скаррон потребует больших церемоний? Нет, нет, нам все лучше известно: она надеется склонить короля в пользу церкви и, пожалуй, добьется через Монтеспан его доверия, но как только не станет той, которую он любит, сердце его опять наше! -- Терезия гордо оглядела свою фигуру, отражавшуюся в зеркале. -- Любезный граф, Скаррон шестью годами старше нас, и до сих пор никто не замечал в ней особой прелести. Если Людовику придется выбирать только между ней и мною, я спокойно буду ждать результата. Вот и герцог! Живей, де Гиш, идем к оленьей сторожке, вы расскажете Монбассону все парижские новости, опишете костюм его величества во время утреннего приема, ну и тому подобное. Марсан едет в Париж: надо кой о чем переговорить с Лашезом. Надеюсь, сегодня вечерком, как удалится гофмаршал, мы в своем интимном кружке поговорим о разных хороших вещах, при помощи которых еще можно жить на белом свете.
Королева протянула руку герцогу де Гишу, многозначительно кивнула графу Марсану и весело вышла в зеленый парк.
-- Ну, ну, если она так весела и довольна, отчего и мне не последовать ее примеру? Будь донна Терезия так же умна, как зла, она, может статься, чувствовала бы теперь иное.